Иконы
15-03-03/ 6 15-03-09/18 30-01-10/12 395031232WAuQJC_fs 113222 15-03-01/ 8 15-03-01/12 15-03-02/32 dfdfg hpim5358
Ссылки
Богослов.ру
Архивы

ИНТЕРВЬЮ КНЯЗЯ НИКОЛАЯ КИРИЛЛОВИЧА, ПРИНЦА ЛЕЙНИНГЕНСКОГО

— Ваше Высочество, прошло уже семь лет, как Вы приняли православие, а с ним и получили статус Наследника Российского Престола, почему именно сейчас Вы решили дать своё первое интервью?

Пришло время сделать это, так как именно сейчас очень многое меняется в мире. Сегодня стали более очевидными проблемы, которые затрагивают экономические стороны нашей жизни. Мы видим негативные проявления в ряде европейских государств, и уже уместно говорить о серьезных проблемах, которые охватили в целом нашу христианскую цивилизацию. Думаю, что сегодня люди всё более открыты к информации, которая им необходима для решения своих повседневных задач и выстраивания определенных стратегий для будущего своих детей. Считаю, что в России теперь также открыты для новых тем, и, возможно, для кого-то это интервью будет своевременным.

— Обозначая свою позицию по актуальным вопросам современного мира, Вы, в какой-то степени, изменяете ход частной жизни, который был в Вашей семье, и появляется определенное обременение, связанное с публичностью. Вы к этому готовы?

Из-за того, что я был старшим сыном в Княжеском Доме Лейнинген, я с детства воспитывался и готовился к определенным обязанностям, в том числе, и к представительским и церемониальным. Приходилось в разных обстоятельствах вдохновлять людей на свершения и быть для них сильным и, как мне кажется, справедливым лидером. Публичность для такого рода служения обязательный элемент.

— Как в Вашей семье относились к России вообще и говорили ли Вы с родителями о правах Вашего Дома на Российский Престол?

Да. Вы знаете, когда мы как-то заговорили об этом с моим отцом, он сказал, что наша семья стоит к Российскому Престолу сразу после моего двоюродного деда Великого Князя Владимира Кирилловича, который часто бывал у нас в гостях, о чём сохранились фотографии. А в 1967 году моему отцу Главой Дома Романовых и его дядей был пожалован Орден Св.Андрея Первозванного, высший Орден Российской Империи. Он до сих пор хранится в нашей семье. Думаю, что это тоже был, своего рода, символический знак со стороны Великого Князя Владимира Кирилловича, которым он давал понять тесную связь между нашим Домом с Домом Российских Императоров, а тем самым и с Россией. Зная это, вполне естественно уделять особое внимание России, ее культуре, истории и текущей новостной ленте.

— Среди российских монархистов, как в эмиграции, так и в России, неоднозначное отношении к фигуре Вашего прадеда Вел.Кн. Кирилла Владимировича, что Вы по этому поводу думаете?

Мне известна критика от определенных кругов, которая звучала в адрес моей семьи и особенно в адрес моего прадеда Вел.Кн. Кирилла Владимировича, но тут надо быть хоть немного объективным, ведь после мужских представителей Императора Александра III, убитых большевиками в 1918 году, именно он поднял знамя Русской монархии в эмиграции в 1922 году. Хотя и это вызвало нарекания части эмиграции, но он выполнил свой долг, проявив настоящие лидерские качества.

— Ваше Высочество, расскажите о своем родстве с Домом Романовых.

Моя родная бабушка, мать моего отца, урожденная Княжна Императорской крови Мария Кирилловна — старшая дочь Великого Князя Кирилла Владимировича, ставшего в 1924 году Императором в эмиграции.

— Как Вы пришли к выводу, что имеете право на титул Наследника Императорского Дома Романовых?

Как я уже говорил выше, об этом было всегда известно в нашей семье. Но, как всегда, не хватало нечто важного. Мир современных интернет-технологий позволил получить необходимые справочные материалы и восполнить пробелы. Все оказалось изложено в Основных законах Российской Империи. Исходя из текущего положения дел, после смерти моего отца и Великого Князя Владимира Кирилловича, мне необходимо было принять Православие и сделать соответствующее заявление, что и произошло в 2013 году. Кровь Дома Романовых течет во мне, и я вижу свое призвание в служении идеалам монархической и христианской традиций. Все остальное во власти Бога.

— Как Вы думаете, что нужно России сейчас?

Россия — православная страна, и для ее успешного развития нужен большой проект, основанный на нравственных началах, способный дать стране и людям новые положительные качества и очертить горизонт дальнейшего развития. В этих качествах должны быть заложены: рост доходов граждан, развитие промышленного, интеллектуального и человеческого капитала. Русская православная монархия важна именно сейчас в предапокалиптическое время, когда Европа и весь западный мир, погружаются в пучину противоречий. Может быть, именно России суждено стать тем Ковчегом, который спасёт не только себя, но и христианское наследие Европы.

— Насколько нам известно, Вы закончили Фрайбургский университет. Вы имеете большой опыт управления в области лесного и сельского хозяйства. Это было связано с тем, что у Вашей семьи большие лесные угодья в Баварии?

Да. Дом Лейнингенов ещё с XIX века владел обширными землями на юге Германии, и до сих пор нашей семье принадлежат крупные лесные угодья. Естественно, это подвигло моих родителей дать мне образование, связанное с управлением лесным хозяйством. Но также я наладил небольшое производство вина на границе с Францией.

— Ваше Высочество бывали в России?

К сожалению, нет, так как в свое время мой отец мне настоятельно не рекомендовал делать этого. Конечно, многое меняется, и мне хочется надеяться, что еще будет возможность посетить страну моих венценосных предков.

— С чем связана эта рекомендация вашего отца, ведь многие Ваши родственники уже неоднократно посещали Россию?

Мой отец, Князь Эмих-Кирилл Лейнингенский, всего один раз был в России в качестве частного пилота и гостя на чемпионате мира по высшему пилотажу в Москве в 1966 году. Его тогда что-то весьма обеспокоило. Также в нашей семье есть не только те родственники, которых расстреляли большевики после октября 1917 года, но также в советских лагерях в 1946 году умер мой дед Князь Карл III Лейнингенский. Он воевал во Вторую мировую войну в ВМФ Германии, где, как известно, вообще не было отделений НСДАП, и в конце войны он оказался в лагере для военнопленных под Саранском, где и умер в 1946 году. Причины его смерти мне неизвестны. Также при невыясненных обстоятельствах в 1951 году умерла моя бабушка Великая Княгиня Мария Кирилловна. Поехав посетить своего брата в Сен-Бриак, она скоропостижно скончалась. Официально считалось, что она умерла от сердечного приступа. Однако затем, из-за ряда несоответствий, была проведена её эксгумация, которая опровергла первую версию. Так что не на всех одинаково распространяются возможности свободного перемещения.

—     Несмотря на то, что сказано, Вы могли бы представить себе жизнь в России на постоянной основе?

Да, безусловно, я считаю это возможным. Думаю, что если такое решение будет принято, я перееду в Россию с женой и сыном. Всё же мы единая семья, и мы принимаем решения совместно.

—     Хотелось бы задать несколько вопросов по вашей биографии. Вы служили в танковых войсках бундесвера, это было в период 1972-1974 годов? У Вас сохранились воспоминания об армейской службе?

Что касается моей обязательной службы в бундесвере в то время, то именно мой отец настоял на том, чтобы я как Принц Лейнингенский получил офицерское звание. Выбор в пользу танковой части был достаточно прост, и был связан с её близкой дислокацией к нашей резиденции в Аморбахе. Для меня служба в армии была больше обязанностью, чем призванием, но я выполнил свой долг, как это было принято в нашей семье в течение многих поколений. И мой дед, и мой прадед имели офицерские звания, а один из предков был даже адмиралом Британского флота. Сама служба военного всегда несет определенные трудности и риски. Так, мой двоюродный дядя Принц Луи-Фердинанд Прусский (младший) трагически погиб во время манёвров в 1977 году.

—     У нас есть Ваша фотография, где Вы рассматриваете альбом одного из Ваших родственников, который был профессиональным гонщиком. У Вас есть профессиональный интерес к автомобильным гонкам или это увлечение?

Мой крестный отец Принц Герман Лейнингенский (1901-1971) стал профессиональным гонщиком Гран-при после того, как эмигрировал в США, и участвовал во многих гонках на автокарах Autounion, Mercedes и Bugatti. На Bugatti он стал чемпионом мира по гонкам в гористой местности. В конце своей жизни он завещал мне все свои награды и воспоминания. Именно от него я унаследовал свою страсть к автомобилям. Я приобрел опыт участия в автомобильных ралли с друзьями и коллекционерами автомобилей на различных гоночных трассах: Нюрбургринг, Зальцбургринг, Хоккенхаймринг и автодром Спа-Франкоршам. У меня имеется международная гоночная лицензия (лицензия C) для классических автомобилей, раллийных автомобилей и автомобилей Формулы-1.

—     Ваше Высочество, хотелось бы узнать Ваше мнение по Европейскому союзу и той политике в области миграции, которая реализуется сегодня, в том числе, и в Германии?

Не хочу показаться чрезмерным в своих оценках, но то, что происходит в Европе и Германии в последние 15 лет — это ужасно, и это действительно похоже на тот самый «закат Европы» о котором писал Освальд Шпенглер ещё в начале ХХ века. Мне кажется, в основе этих процессов лежат идеи либерального глобализма, поддержанные некоторыми международными финансистами, которые сейчас возобладали в правящих кругах европейских стран, включая ФРГ. Мне данная миграционная политика глубоко неприятна, и я считаю её ошибочной и ведущей к напряжению и конфронтации в общественной жизни.

—     На последнем форуме в Давосе звучали идеи о т.н. глобальной перезагрузке, под которой многие подразумевает передачу властных полномочий от национальных правительств к международным корпорациям и банкам. Каково Ваше отношение к этим предложениям?

Эти идеи появились не вчера. Но сегодня, действительно, есть угроза суверенитету государств, ведь люди, сидящие в банках и корпорациях, будут иметь власть, но не будут отвечать за свои действия, т.к. они не подотчетны обществу через систему демократических выборов и тем более не будут подотчетны Суверену. Безответственная власть — это дорога, которая может привести к тирании. Путь развития должен изменяться разумно. Когда подходят к переосмыслению сложившихся реалий и ищут новое, то уместно посмотреть и на традиционные ценности, которые были почти утрачены в ходе революций в ХХ веке.

—     Возможно ли, по Вашему мнению, восстановление монархий, в том числе, в современной России? Нельзя сказать, что все категорически против этого, но большинство воспринимает эту идею, как некий историко-политический атавизм.

История большинства новаций начинается с узкого круга лиц, осознано предлагающих свое видение вопроса. Затем в каждом государстве существует своя особая процедура принятия тех или иных решений. Если государственность будет находиться в разорении, то все будут искать выход из сложившихся обстоятельств, в том числе, и через исторический опыт, который, например, в России был связан с созывом Всероссийского Земского Собора в 1613 году. Современный опыт монархий Северной Европы и аравийских монархий показывает все те преимущества, которые даёт данная форма правления для процветания и развития этих стран и народов. Как я уже говорил, в самом начале, именно сейчас очень многое меняется в мире. Начинаются перемены, и каждый народ сможет сделать свой выбор, исходя из сложившихся реалий и своего исторического прошлого.

Интервью дано для сайта Императорской герольдии 16 июня 2021 г.

материалы сайта

Добавить комментарий