Velichko Alexej Michalowich
Velichko Alexej Michalowich, ordentlicher Justizstaatsrat der Russischen Föderation 2. Klasse, Doktor der Rechtswissenschaften, geboren am 22. April 1963 in Taganrog bei Rostow.
Von 1981 bis 1983 leistete er seine Militärzeit ab. Von 1984 bis 1988 war er bei den Organen für innere Angelegenheiten tätig. 1990 absolvierte er sein Studium an der juristischen Fakultät der Leningrader Staatsuniversität. 1995 promovierte er mit einer Dissertation zum Thema: «Lehre von B.N.Chicherin über das Recht und den Staat». Seit 1999 ist er Professor an der Universität des russischen Innenministeriums in St. Petersburg.
2000 erlangte er seine Doktorwürde mit der Habilitationsarbeit zum Thema: «Staatliche Ideale Russlands und des Westens: Wechselverhältnis zwischen den Rechtskulturen».
Von Dezember 1993 bis Februar 2006 bekleidete er verschiedene Ämter bei den Rechtsorganen, fungierte als Berater eines Richters am Verfassungsgericht der RF.
Vom Februar 2006 bis Juni 2008 arbeitete er als Assistent des bevollmächtigten Vertreters des Präsidenten der Russischen Föderation im Föderalen Wolga-Bezirk.
Per Erlass des Präsidenten der Russischen Föderation Nr. 994 vom 23. Juni 2008 wurde er zum Stellvertreter des Justizministers der Russischen Föderation bestellt.
Per Erlass des Präsidenten der Russischen Föderation Nr. 96 vom 22.01.2010 wurde er zum Stellvertreter des Direktors der Föderalen Strafvollstreckungsbehörde (FSIN Russlands) bestellt.
Er ist mit der Medaille «Zum Andenken an den 300. Jahrestag von St. Petersburg» ausgezeichnet. 2009 wurde ihm der Ehrentitel «Verdienter Jurist der Russischen Föderation» verliehen. Den Bereich wissenschaftlicher Interessen von А.М. Velichko bilden Probleme der Wechselbeziehungen zwischen Rechtskulturen Russlands und des Westens. Deren Integration und Konfrontation kommen bei der Festlegung des staatlichen Rechtsideals deutlich zum Ausdruck. Denn sie bilden eine fundamentale Grundlage der zeitgenössischen Lehre über das Recht und den Staat. Von А.М. Velichko sind mehr als 40 wissenschaftliche Arbeiten, davon 8 Monographien, 2 Lehrwerke, veröffentlicht worden. Als besonders bedeutsam gelten folgende Schriften von ihm: «Staatliche Ideale Russlands und des Westens. Parallelen der Rechtskulturen» (1999); «Über die Grundanfänge der russischen örtlichen Selbstverwaltung und Methoden ihrer wissenschaftlichen Forschung» (1999); «Geschichtliche Formen der russischen Staatlichkeit» (1999); Christentum und das soziale Ideal (Philosophie, Recht und Soziologie der Industriekultur)» (2000); «Philosophie der russischen Staatlichkeit» (2001). Von A.M. Velichko wurde ein neuer zukunftsorientierter wissenschaftlicher Bereich begründet. Es ist die Theorie der politisch-rechtlichen Prognostizierung, die an der Grenze der allgemeinen Staats- bzw. Rechtstheorie, der Politikwissenschaft, der Soziologie und der Rechtsphilosophie entstanden ist. Zum ersten Mal in der praktischen Forschung der einheimischen Jurisprudenz wurde von А.М. Velichko die Struktur eines rechtsstaatlichen Ideals dargelegt, das als eine komplizierte sozialrechtliche Kategorie betrachtet wird; von ihm wurden objektive und subjektive Faktoren aufgedeckt und erforscht, von denen die Herausbildung des für Russland von heute bestmöglichen staatlichen Ideologiemodells beeinflusst wird.
А.М. Velichko ist Verfasser zahlreicher Schriften über Byzantinistik und Kirchenrecht.
Das politische Ideal von Byzanz
Welitschko A.M.,
Prof. Dr. iur.
Das politische Ideal von Byzanz
Перевод осуществлен Е. Озерной.
Welitschko A.M.,
Prof. Dr. iur.
Das politische Ideal von Byzanz
Wie bekannt, die große Reichskultur von Byzanz hat keine Verfassung geschaffen, wo die politischen Hauptprinzipien, denen das Imperium im Laufe von seiner tausendjährigen Existenz treu blieb, gesetzgebend gefestigt wären. Ihr Inhalt veränderte sich natürlich und wechselte je nach der Zeit und den Umständen ab. Niemals aber verzichtete das Imperium auf das politische Ideal, das schon im IV. Jh. gebildet war. Es wäre doch nötig, an das politische Ideal der byzantinischen Reichsstaatlichkeit zu erinnern. Die im Text enthaltenden historischen Beispiele lassen dem Leser, die Größe und die Schönheit der weggehenden politischen Gestalten, die sich hinter den äußerlichen Formen verstecken, selbständig einschätzen.
I. Der theokratischen Staat und die staatliche Kirche.
Byzanz war in erster Linie ein theokratischer Staat, und das ist ihr vorherrschender Zug. Das Hauptziel ihrer Existenz bestand darin, den Glauben an Jesus Christus weltweit zu tragen, die Kirche zu festigen und nach dem Evangelium zu leben. Die anderen Aufgaben des Staates, die Prinzipien der Organisation seines politischen Systems und des sozialen Lebens folgten aus diesem hohen Ziel. Die offensichtliche Bestätigung dazu kann man in den kaiserlichen Akten aufdecken, in denen es unzweideutig bemerkt wird, was ein Gegenstand der ständigen Sorge der Obermacht war. Читать далее
Papismus im Westen und im Osten: aus der Geschichte der kirchlich-staatlichen Beziehungen im Byzantinischen Reich
Перевод Екатерины Озерной
Welitschko A.M.,
Prof., Dr. iur.
Papismus im Westen und im Osten:
aus der Geschichte der kirchlich-staatlichen Beziehungen
im Byzantinischen Reich
“ Ihr wart auf dem richtigen Weg.
Wer hat euch gehindert, weiter der Wahrheit zu folgen?”
(Gal. 5,7).
„Die Unfehlbarkeit besitzt vermöge seiner
Bestimmung der Römishe Pontifex.., wenn er als
der höchste Seelenhirt und Lehrer aller Gläubigen…
für einen endgültigen Entschluss eine Glaubens-
und Sittenlehre erklärt… Seine Entscheidungen
nennt man gerecht unbestreitbar an sich und nicht
aus der Zustimmung der Kirche und … brauchen
keine Bestätigung“.
(Aus den Akten des II. Vatikanischen Konzils)
„Unwahrheit der römischen Idee konnte so
handeln, dass diese Idee auf einer Reihe der Fakten beruhte,
aber Unwahrheit lag darin, dass sie diese
Fakten falsch aufnahm, dass sie
ihrer eigenen Geschichte Gewalt antat,
dass sie ihre eigene Geschichte nicht verstand oder
sie zu beschränkt –zu menschlich verstand“.
N.S. Arsentjew
Die Geschichte der Beziehungen zwischen der Kirche und dem Staat kennt verschiedene, manchmal völlig entgegengesetzte Formen. So ist es üblich, als eine dominierende Eigenschaft der Westlichen (oder Römisch-Katholischen) Kirche Papismus mit seinen unverzichtbaren Attributen und der Östlichen (Orthodoxen) Kirche «Symphonie der Mächte» als eine ideale Konstruktion, oft als Cäsaropapismus genannt zu bestimmen. Die Geschichte ist aber offenfar viel tiefer und vielfältiger als diese erfrorenen Bezeichnungen. Sowohl Rom, als auch Konstantinopel wurden verschieden beeinflusst, deshalb war der Westen nicht immer papistisch, und ganz und gar nicht in allen Geschichtenperioden des Byzantinischen Reiches «Symphonie der Mächte» Gehirne der politischen Macht und des Klerus eroberte. Papismus im Westen und im Osten- aus der Geschichte der kirchlich-staatlichen Beziehungen im Byzantinischen Reich
«Византийские» полномочия западных монархов
Величко А.М.,
доктор юридических наук,
прот. Т.Фетисов, к.б.
«Византийские» полномочия западных монархов
«Знайте, что Господь, восседающий на Своем престоле и судящий по справедливости, с нами, и Ему угодно, чтобы мир управлялся не только духовенством, но императорской властью и духовенством»
(Из письма Германского императора Фридриха II Гогенштауфена Английскому королю Генриху III)
Так уж повелось, что практику взаимоотношений органов церковного управления и императора, которая сложилась в Византии, именую «цезаропапизмом», приводя ей в качестве противопоставления «папизм» Запада. Но это, безусловно, совершенно недопустимое упрощение исторических фактов, причем упрек должен быть отнесен как по отношению к описаниям восточной практики, так и западных форм. Даже в то древнее время жизнь была настолько динамична и лишена предубеждений, что многие сложившиеся позднее оценки были бы с полным недоумением и, конечно, непониманием восприняты современниками тех далеких событий. Эти слова в полной мере можно отнести и к «устоявшейся» теории о подчиненном, якобы, положении западных монархов всемогущему Римскому папе (в состав его титулатуры входят также термины апостолик, первосвященник, понтифик, которые мы будем использовать в качестве синонимов). На самом деле, активная и часто преимущественная роль Германского императора (в первую очередь) и западных королей в церковном управлении была характерна и для Западной Европы, хотя и с некоторыми оговорками, которых мы коснемся ниже.
Да и могло ли быть иначе?
Философия русской государственности
ЮРИДИЧЕСКИЙ ИНСТИТУТ
(Санкт-Петербург)
А.М. ВЕЛИЧКО
Философия русской государственности
Издательство Юридического института
(Санкт-Петербург)
2001
УДК 340.12 ББК 67.0
В 27
Рецензенты:
доктор юридических наук, профессор Козлихин И.Ю. (СПбГУ); доктор юридических наук, профессор Ромашов Р.А.
(СПб университет МВД России);
кандидат философских наук Панибратцев А.В.
(РАН, Институт философии).
Величко A.M.
В 27 Философия русской государственности. — СПб.:
Издательство Юридического института (Санкт-Петербург). 2001. -336с.
ISBN 5-86247-035-2 Читать далее
Velichko Alexey Mikhailovich
Velichko Alexey Mikhailovich full State Counselor II class of Justice of the Russian Federation, Doctor of Jurisprudence. Born on April, 22nd, 1963 in Taganrog Rostov region.
Served military obligations from 1981 till 1983, in law-enforcement bodies with 1984 for 1988. A.M.Velichko graduated from college of law of the Leningrad state university in 1990. In 1995 defended Candidate dissertation on “The doctrine of B.N. Chicherin of justice and state). In 1999 A.M.Velichko became full professor of St. Petersburg University of Ministry of the Interior.
In 2000 A.M.Velichko defended Doctor’s dissertation on “National ideals of Russia and Occident: correlation of legal cultures”.
From December 1993 till February 2006 A.M.Velichko worked in different positions of judicial authorities, held the position of RF Constitutional Court Judge Counselor. From February 2006 till July 2008 A.M.Velichko was employed as Counselor of plenipotentiary of RF President in Volga Federal District. By presidential edict from July 23, 2008 #994 was appointed as Deputy of Minister of Justice of Russian Federation.
By presidential edict from 22.01.2010 # 96 was appointed as Deputy of Director of Federal Penitentiary Service.
A.M.Velichko was awarded a medal “In honor of the 300th Anniversary of St. Petersburg”. In 2009 A.M.Velichko was awarded the title of “Honored Attorney of Russian Federation”.
The sphere of scientific interests of A.M.Velichko is made by problems of correlation of legal cultures of Russia and Occident, integration and opposition of which are visually shown in the solution to the problem of definition of a national-legal ideal, and that is fundamental for theory of State and Law
A.M.Velichko has published more than 40 scientific works, among them 8 monographs, 2 manuals. The most significant are: “the State ideals of Russia and Occident. Parallels of legal cultures” (1999); “To the basic principles of the Russian local government and methods of their scientific research” (1999); “Historical forms of the Russian statehood” (1999); “Christianity and a social ideal (philosophy, Law and sociology of industrial culture)” (2000); “Philosophy of Russian Statehood” (2001).
A.M. Velichko has proved a new perspective scientific research field – the theory of the political-legal forecasting which has appeared on a cross-sectoral issue of theory of State and Law, political science, sociology and legal philosophy. For the first time in research practice of domestic jurisprudence A.M.Velichko has elaborated the structure of the state-legal ideal considered as a complex socially-legal category, the objective and subjective factors influencing formation of model of the state ideology, optimum for modern Russia have been researched.
A.M.Velichko is the author of numerous works on Byzantium science and ecclesiastical law.
Reception in ecclesiastical law
Velichko A.M.
Doctor of Law
Juridical science that set its goal to describe and study the objective reality has no right to exclude phenomena connected with existence and activity such a numerous “public union” (as a modern jurist would call it) as a Church, from object of its research. We would remind you that the issue is not only a union that influenced greatly on our state’s modern political and social life. The multifaceted European culture taking the road of secular society only relatively lately, owes its formation to Christianity. The Church has its religious doctrine, history, traditions, law after all. And handling of church law, study of its peculiarities has objective legal-theoretical and legal-historical interest. All the more so because the last researches in that area for obvious reasons were ceased nearly hundred years ago except for certain rare ones that appeared in recent years.
However, there is a practical aspect in full here. The government, implementing the civic right of conscience and religious freedom, in the name of supreme political power has to know what real consequences one or another legislative act, infringing Church’s interests and sphere of activity, will have. The legislator that tries to regulate such a delicate sphere of person’s spiritual life, should, of course, proceed from principles, categories and values those church mentality operates. This is possible only in the case where they are known: you need to live up to Church’s reason and not to “analytics” of the secular man to comprehend an ecclesiastical law.
After the Fall of Byzantium
After the Fall of Byzantium
Commencing the last assault Sultan Mehmed II promised his troops three days of unbridled pillage of the city. Having stormed into Constantinople the Osmanli Turks used every moment to satisfy their instincts. In the rage of the battle with taking no notice of people they slaughtered everyone they met, and blood ran in torrents in the streets. The sackage broke out: the Turks rushed to the Palace of Blachernae and hastily took all the valuable assets out. Someone ran to Chora Churches and brought the precious shrine – the icon of Virgin Hodegetria, it was said to have been painted by Luke the Evangelist. The Turks ripped the riza off and cut the icon into four pieces[1]. They dragged praying women and children by hair out of the churches and beslaved them. They raped nuns and murdered men on the spot.
At least they reached the great church of Hagia Sophia at the moment of celebrating the morning liturgy. The Turks broke into the main Orthodox Church just as the choir and the priest with the sanctified Gifts were leaving the altar. According to the legend, to prevent the shrine from desecration the priest started towards the south wall that opened before him (!), swallowed him up and immediately closed.
It is said, the priest with the Cup and the choir will appear again on the day Constantinople returns to Christian hands[2]. Even if it is a legend it becomes rather beautiful and symbolic. The Byzantine Empire was conquered physically but spiritually, by the grace of God, remained inaccessible to the invaders.
Ecumenical councils
Ecumenical councils
Ecumenical councils – are a truly unique phenomenon in the history of the Holy Orthodox Ecumenical Church. Their decisions were and are considered till now as the final judgment of the whole Church according to the most important questions of the Orthodox beliefs and the canonical permit of the most various questions of church life. Just on the Ecumenical councils the truth, stored by the whole Catholic Church, was represented. The Church «gives a high priority to the legislative supreme authority, carries on it the whole set of its spiritual rights, as if it pours itself together with them (emphasis added– A.B.) » with interpretations, determinations and identifications «in a certain period of its life, though in a whole flow of its inexhaustible spiritual advanceit stands higher them, covers with its authority and approves of its acceptance».
At the same time, historically established, that the Cathedrals initially didn`t possess a kind of a certain competence. A range of problems, which could been resolved exceptionally at the Ecumenical council, had never been a secret and the final. How we’ll see, in quite a number of cases the Councils modified its competence. Quite often the other bodies of the ecclesiastical authorities accepted prerogatives, that earlier had been admitted to belong only tothe Councils (church dogmas, canons and disciplinary matters). There is neither a regulation of their action, nor a circle of invitees, nor a periodicity of convocation; even a procedure of their conduct hasn`t been definite.
It turned out, that the Ecumenical councils are higher than the canon law and situated beyond the sphere of the canonical regulation. And it is moreover surprising, that traditionally in the Byzantine Empirereigned a cult of privileges. It is extremely illogically: the Roman Empire, owning the highest technics of the development of the systematic, unified laws, admitted the existence of a phenomenon, incompatible with its legal traditions. No one effort of a legislative settlement of its practice was made for 400 years. But then – the period of the Law code of St. Theodosius the Younger, the Code of St. Justinian the Great, the Eclogue of Leo II and Constantine V, Isaurian Dynasty. Later, in the IX century, when nobody could still assume, that the epoch of the Ecumenical councils had been completed, The Epanagoge of the Patriarch of Constantinople St. Photios the Greatand Basil I, called the Macedonian,were elaborated, and then, a little bit later — the basilisk of the Emperor Leo IV the Wise. But these the most well-known legislative acts, by some unspoken tradition, from a legal point of view, didn`t regard the most important questions of the Council`s actions. Читать далее
Государственные идеалы России и Запада. Параллели правовых культур.
Величко А.М.,
доктор юридических наук
Рецензенты: доктор Юридических наук И. Ю. Козлихин (СПБГУ), доктор юридических наук С. А. Комаров (Всероссийская государственная налоговая академия).
Величко А.М.
Государственные идеалы России и Запада. Параллели правовых культур. — СПб.: Издательство Юридического института (Санкт-Петербург). 1999. — 235 с.
Монография посвящена одной из наиболее актуальных и малоразработанных проблем отечественного правоведения: Возможности практической реализации в России идей демократии и правового государства. Решение этого вопроса, по мнению автора, возможно только в том случае, когда данные идеи обладают универсальным, всеобщим характером и имеют объективные предпосылки в духовных основах российской государственности. Детально анализируются основные исторические формы, Присущие Российской правовой культуре И основанные на качественно ином содержании начал российского правосознания, не отождествимых с западным. Работа носит многоплановый характер и затрагивает не только философско-правовые, духовные аспекты, но и исторические.
Для студентов, аспирантов и преподавателей юридических, исторических факультетов, а также всех интересующихся историей Российской государственности и российской философии права.
© А. М. Величко, 1999
© Издательство Юридического института (Санкт-Петербург), 1999
В одной из работ известного американского исследователя Ф. Фукуямы, вышедшей в свет в 1989 году, содержатся два поистине монументальных тезиса: 1) о приближающемся конце истории, что проявляется в постепенном распространении идей западной демократии и либерализма уже и в странах бывшего социалистического лагеря и в том числе – России, 2) о том, что в ходе исторического прогресса идеи либерализма и западная правовая культура в целом подтвердили свое господствующее идеологическое положение. «У либерализма не осталось никаких жизнеспособных альтернатив»,- пишет указанный автор.
Сама постановка вопроса не может не вызвать известного критического отношения, поскольку, очевидно, подобные утверждения возможны только в случае бесспорного доказательства того предположения, что остальные правовые культуры современности уже утратили свои специфические, национальные основы и последующее их развитие (и само существование) возможны только при условии переориентации на идеалы западного либерализма. Только в этом случае возможно доказательство того, что современный процесс интеграции проходит именно под знаком слияния, универсализации правовых культур. Только в этом случае возможно утверждение о конце истории в том понимании, что все проблемы и противоречия современного мира утрачивают свою остроту и актуальность под «благотворным влиянием» демократических начал и всей западной культуры в целом. Но, может быть, не так все просто? Читать далее
Идея права в Византии
Величко А.М., доктор юридических наук
I.
По-видимому, разговор о византийской идее права или о том, как в Византии понимали право, и что оно значило для византийцев, не лишен смысла. Конечно, для многих исследователей выражение «византийская философия права» едва ли не автоматически перефразируется в «христианскую философию права». Но, с другой стороны, совершенно бесспорно, что западноевропейское правосознание далеко отстоит от византийского. Для германцев, давших начало всем без исключения западным политическим союзам, доминирующим в праве все же являлось начало индивидуальной свободы. Иными словами, «будь лицом и уважай других в качестве лиц»[1]. И потому приходится доказывать, что византийская идея права, которая постыдилась бы столь узкого толкования, не лишена, как минимум, самостоятельного значения, и, более того, на порядок превосходит по своей глубине и многогранности западноевропейские «стандарты». Читать далее
История византийских императоров. В 5 томах.
От издателей
Пятитомное сочинение A.M.Величко «История Византийских императоров» раскрывает события царствования всех монархических династий Священной Римской (Византийской) империи от св. Константина Великого до падения Константинополя в 1453 г.
Это первое комплексное исследование, в котором исторические события из политической жизни Византийского государства изображаются в их органической взаимосвязи с жизнью древней Церкви и личностью конкретных царей. В работе детально и обстоятельно изображены интереснейшие перипетии истории Византийской державы, в том числе в части межцерковных отношений Рима и Константинополя. Приводятся многочисленные события времен Вселенских Соборов, раскрывается роль и формы участия императоров в деятельности Кафолической Церкви.
Помимо этого сочинение снабжено многочисленными приложениями, в которых даются обобщения по конкретным тематикам, в частности: «Положение императора в Церкви и государстве в IV-V вв.», «Административно-территориальное устройство Церкви и отношения между кафедрами в III — начале IV вв.», «Римская армия в эпоху первых императоров», «Вселенские Соборы», «Император-священник» и др. Сочинение снабжено портретами всех императоров Византийской империи, картами и широким справочным материалом.
Для всех интересующихся историей Византии, Церкви, права и политики, а также студентов юридических и исторических факультетов. Читать далее
Греческо-русский словарь
Уникальное издание «Греческо-русского словаря», составленного А. Д. Вейсманом, профессором императорского С.-Петербургского историко-филологического института. Словарь был удостоен Большой Петровской премии и выдержал пять изданий. Благодаря точному отбору лексики и удобному построению словарных статей «Словарь» стал лучшим пособием для начинающих изучать древнегреческий язык в классических гимназиях и высших учебных заведениях.
Насчитывающий свыше 40 000 слов, «Словарь» сохраняет не только историческую, но и практическую ценность. При составлении словаря автор ориентировался на лексику авторов, которые изучались в гимназиях и высших заведениях того времени: Гомера, Геродота, Эсхила, Софокла, Еврипида, Ксенофонта, Фукидида, Демосфена, Платона и Плутарха. К ним также добавлены слова Нового Завета. При объяснении слова обращается внимание на все то, что может служить помощью при чтении автора и вообще содействовать более точному пониманию слова и его употребления в языке.
Используйте программы для чтения в формате DjVu
Политико-правовые очерки по истории Византийской Империи
От издателя
В новом сборнике A.M.Величко «Политико-правовые очерки по истории Византийской Империи» исследуются основные начала христианской государственности, как они органически сложились и развивались в Византии. Автор раскрывает природу церковно-государственных отношений, а также вопросы организации и деятельности органов церковной и политической власти Империи, в частности, Вселенских Соборов.
Книга рассчитана на преподавателей и студентов исторических и юридических факультетов высших учебных заведений, и всех интересующихся историей Византийской Империи и Православной Церкви.
Христианство и социальный идеал
От издаталей
В книге содержится историко-правовой анализ основных институтов индустриальной культуры: правового государства, демократии, политической и социальной свободы, социального равенства, проводится их взаимосвязь с основными направлениями западной религиозной мысли — католицизмом и протестантизмом, обобщаются и получают свою оценку результаты социологических исследований современного индустриального общества и новые тенденции его развития, связанные с учениями постиндустриалистов.
Для всех интересующихся историей и философией права, историей христианства в Западной Европе.
Рецепция в церковном праве
Величко А.М.,
доктор юридических наук
Поставив перед собой целью описание и изучение объективной действительности, юридическая наука не вправе исключать из объекта своего исследования явления, связанные с существованием и деятельностью такого многочисленного «общественного союза» (выражаясь языком современного правоведа), как Церковь.
Напомним: речь идет не только о союзе, оказывающем серьезнейшее влияние на современную политическую и социальную жизнь нашего государства. Христианству обязана своим становлением и величием многогранная европейская культура, лишь относительно недавно ставшая на путь построения секулярного общества.
У Церкви есть свое Вероучение, история, традиции, наконец, право. И обращение к церковному праву, изучение его особенностей, имеет объективный теоретико-правовой и историко-правовой интерес. Тем более, что последние исследования в этой области по вполне известным причинам завершились почти сто лет назад, не считая, конечно, отдельных, очень редких работ, появившихся в последние годы.
Впрочем, здесь в полной мере присутствует и практический аспект. Реализуя право граждан на свободу совести и вероисповедания, государство в лице высшей политической власти обязано знать, какие реальные последствия будут иметь те или иные его законодательные акты, затрагивающие интересы и сферу деятельности Церкви. Законодатель, пытающийся регулировать столь тонкую сферу духовного бытия личности, должен, естественно, исходить из тех принципов, категорий и ценностей, которыми оперирует церковное сознание. А это возможно, в свою очередь, лишь в том случае, когда они известны: чтобы понять церковное право, нужно жить разумом Церкви, а не «аналитиками» светского человека. Читать далее
Политический идеал Византии
Величко А.М.,
доктор юридических наук
Как известно, великая имперская культура Византии не создала писанной конституции, где были бы законодательно закреплены основные политические принципы, которым Империя оставалась верна в течение всего своего тысячелетнего существования. Конечно, их содержание не оставалось неизменным и варьировалось в зависимости от времени и обстоятельств.
Но никогда Империя не отказывалась от того политического идеала, который, может быть еще несколько неосознанно, приоткровенно был сформирован уже в IV в. Вспомнить политический идеал Византийской имперской православной государственности будет совсем не лишним в наше время идеологической сумятицы. Исторические примеры, приводимые по тексту, позволят читателю самостоятельно оценить то величие и красоту ушедших политических образов, которые скрываются за внешними формами.
I. Теократическое государство и государственная Церковь. В первую очередь, Византия являлась государством теократическим, и эта главная, доминирующая черта, обусловившая остальные индивидуальные особенности Империи. Главная цель ее существования заключалась в том, чтобы нести веру Христову по всему миру, укреплять Церковь и жить по Евангелию. Остальные задачи государства, принципы организации его политической системы и социальной жизни неизменно вытекали из этой высокой цели. Очевидное подтверждение этому можно обнаружить в императорских актах, в которых недвусмысленно указывается, что являлось предметом постоянной заботы верховной власти. Читать далее
Папизм на Западе и на Востоке: из истории церковно-государственных отношений времен Византийской Империи
Величко А.М.,
доктор юридических наук
«Вы шли хорошо: кто остановил вас,
чтобы вы не покорились истине?»
(Гал.5,7).
«Безошибочностью обладает в силу своего назначения Римский первосвященник.., когда он, как верховный пастырь и учитель всех верующих… провозглашает окончательным решением учение о вере и нравственности… Определения его справедливо называются непреложными сами по себе, а не из согласия Церкви, и … не нуждаются ни в каком ином утверждении».
(Из актов II Ватиканского собора)
«Неправда римский идеи тем могла действовать, что эта идея покоилась на ряде фактов, но в том и была неправда, что она ошибочно восприняла эти факты, что она насиловала собственную историю, что она не поняла собственной истории или поняла ее слишком односторонне – слишком человечески».
Н.С. Арсентьев
История отношений между Церковью и государством знает различные, порой кардинально противоположные формы. Так, традиционно повелось определять доминирующей чертой Западной (или Римо-католической) церкви папизм, с его обязательными атрибутами, а Восточной (Православной) церкви – «симфонию властей» как идеальную конструкцию, нередко именуемую «цезаропапизмом». Но, очевидно, история гораздо глубже и разнообразнее этих застывших наименований. И Рим, и Константинополь испытали на себе различные влияния, поэтому далеко не всегда Запад был «папистским», и отнюдь не во все периоды истории Византийской империи «симфония властей» довлела в умах политической власти и клира. Было бы слишком упрощенно утверждать, что папизм имеет одну географическую «прописку» – Рим, а Восток был свободен от его влияния; и наоборот. Читать далее
Онтология византинизма
Величко А.М.,
доктор юридических наук
«Господня земля, и исполнение ея, вселенная и вси
живущие на ней. Той на морях основал ю есть,
и на реках уготовал ю есть. Кто взыдет на гору Господню?
Или кто станет на месте святем Его?».
(Пс. 23)
«У Византии было свое историософское предназначение, которое она исполнила до конца и тем вошла во всемирную историю как величайшая империя и непобедимая твердыня… Византийское наследие продолжает уже свыше пятисот лет влиять на судьбы евразийского материка, а духовный стержень Византии — Православие — как было, так и остается смыслообразующей основой всемирной истории».
Эдуард Володин
Среди череды многочисленных событий, буднично формирующих исторический фон, порой встречаются отдельные феноменальные исключения, интерес к которым не ослабевает в течение многих веков, притягивающие к себе каким-то трудно уловимым и порой необъяснимым обаянием. Сказанное в полной мере относится к византинизму как особой эпохе человеческой и, конечно, в первую очередь христианской цивилизации, где чудесным образом сформировалась и тысячелетие существовала православная Империя с удивительной по своей гармонии системой взаимоотношения Церкви и государства («симфония властей») и со всеми вытекающими отсюда атрибутами.
Византинизм как понятие нельзя отождествить только с определенным типом государства, хотя, конечно, без христианского общественного идеала византинизм немыслим. Это еще чудо Веры, политический и культурный феномен, вот уже в течение многих столетий притягивающий к себе ученых, исследователей и просто рядовых верующих. Наряду с этим византинизм – это источник духовных сокровищ, едва ли исчерпанных или даже хотя бы понятых нами до конца. Читать далее
Правовая (каноническая) природа Вселенских Соборов
Величко А.М.,
доктор юридических наук
«Наука церковного права, чтобы быть достойной своего имени, должна более или менее отрешать нас от установившихся в настоящее время юридических принципов и теорий, возвращать к воззрениям и принципам мира античного, — воскрешать для нас самую науку древнего права, насколько право церковное между прочим обязано и ей своим образованием. Наука церковного права должна уметь износить из своих сокровищ ветхая ветхих и ветхая перед лицом новых»1.
Исследователь, взявшийся за изучение Вселенских Соборов, неизбежно сталкивается с целым рядом проблем. Уже сама постановка вопроса о правовой природе Вселенских Соборов кажется с формальной точки зрения едва ли возможной. Как известно, ни один православный канон не касается порядка их созыва, организации, компетенции и деятельности, в отличие, скажем, от соборов поместных, которым в тех же правилах Соборов посвящено немало места. Если же отсутствует сама нормативно-каноническая регламентация деятельности Соборов, то можно ли говорить об их канонической природе?
Но каноническое право наряду с писанными нормами признает и церковный обычай в качестве источника права при условии, что сам обычай не противоречит основным установлениям церковной жизни. Более того, нередки ситуации, когда обычай применяется даже вопреки церковному закону, если тот формально не отменен, но фактически прекратил свое действие. Обобщая, можно сказать, что и закон, и обычай применяются как равноправные источники права; лишь в определенных случаях правовой обычай уступает по иерархии писанной норме. В этой связи легко напрашивается вывод, что практика Вселенских Соборов формировалась именно на основе некоего обычая, родившегося сугубо в сфере церковной жизни. Но целый ряд обстоятельств вынуждается усомниться в обоснованности такого легковесного разрешения проблемы определения канонических (правовых) основ деятельности Соборов, если мы дадим себе труд внимательно проанализировать известные нам исторические факты.
Читать далее
Церковь и император в византийской и русской истории
От издателей.
Новая книга А.М.Величко продолжает серию его работ («Государственные идеалы России и Запада. Параллели правовых культур», «Христианство и социальный идеал: Философия, право и социология индустриального общества», «Философия русской государственности», «Нравственные и национальные основы права»), появившихся в предыдущие годы.
В настоящей работе не только рассматривается вопрос взаимоотношения Церкви и государства, но и акцентируется внимание на отдельных аспектах симфонического соединения политического и небесного союзов, как они проявились в истории Византии и России.
Книга снабжена большим историко-справочным материалом. Анализируются деяния Вселенских и Поместных Соборов, и на их основе рассматривается вопрос о церковно-властных прерогативах православных монархов. Отдельное место в книге посвящено вопросу о видах органов церковной власти и их компетенции в зависимости от содержания исторической эпохи и характера взаимоотношений политической власти и Церкви.
Книга предназначена для преподавателей, аспирантов, студентов юридических и исторических факультетов, а также всех, интересующихся историей Византии, России и Церкви.
Церковь и император в византийской и русской истории
Величко А.М.,
доктор юридических наук
Внимательный читатель не может не заметить, что при довольно многочисленной литературе по истории Церкви один вопрос практически не находит своего освещения, а именно: о земном главе Церкви. Из нашей канонической и исторической литературы так и остается неясно, кому все же принадлежат высшие властные прерогативы во Вселенской Церкви?
Исключение составляют несколько работ, где содержатся далеко не безупречные выводы. Результат этот кажется неожиданным: ведь профессиональные историки Церкви и канонисты не могут не знать, что вопрос о том, кому может принадлежать высшая власть в церковном управлении, носит далеко не историко-теоретический интерес, что, именно основываясь на доктрине подчинения всех Церквей и самой политической власти Риму, возник папизм, породивший католический раскол. Более того, несложно установить, что вслед за этим предвосхищается и вопрос об оптимальном характере взаимоотношений между Церковью и государстве. Но, видимо, эти аспекты мало интересуют наших современников. Читать далее
Идея национального теократического государства в книгах Ветхого Завета
Величко А.М.,
доктор юридических наук
«Будьте предо Мной святы,
ибо Я отделил вас от народов, чтобы вы были Мои»
(Лев. 20, 26).
Являясь универсальным учением, христианство, посредством обращения к текстам Св. Писания, дает неисчерпаемый материал для историков, археологов, этнографов, других специалистов, а так же и для правоведов, если последние готовы отрешиться от условных категорий секулярной, светской науки и приобщиться к источнику, содержащему в себе не только подлинные исторические события, но и идеи, определяющие способы политической организации человеческого общества.
Речь, разумеется, не идет о попытке богословского толкования текстов Св. Писания в привычном смысле этого слова (автор этих строк не чувствует в себе сил к столь ответственной деятельности) или, напротив, «научном», т.е. рассудочном изложении тех или иных событий. Как представляется, попытка правильного разъяснения священных текстов в аспекте той или иной «мирской» проблемы должна основываться на том правиле, что методы научного познания (в частности, анализ, синтез, сравнение) должны прилагаться к Св. Преданию и Св. Писанию, а не наоборот. Этот путь не заказан никому, и политическое богословие, как наука, ярких представителей которой имела некогда Русская Православная Церковь, способна по полноте изложения предложить альтернативные и перспективные направления научного поиска.
В значительной степени, как представляется, интерес для правоведа имеет история ветхозаветного Израиля, как государства-Церкви, созданного Богом для избранного Им на тот момент народа. Во-первых, основные системные принципы его организации и практически все правила общежития напрямую даны Израилю самим Богом и, следовательно, являются оптимальными для человека в земных условиях его существования, позволяют решить те цели, какие Господь вообще ставит перед личность. Не случайно, как следует из Писания, Израиль должен был представлять собой прямой прообраз Царствия Небесного. Читать далее
Византийский монархизм
Величко А.М.
доктор юридических наук
Еще И.А. Ильин (1883-1954) справедливо утверждал, что многие формальные признаки, обыкновенно приписываемые монархии, противоречат историческим фактам и нередко представляют собой скорее исключения из общих правил, чем сами правила1. Это суждение как нельзя больше справедливо по отношению к Византии и византийскому монархизму. Например, традиционно полагают, что монархии свойственны единоличность и наследственность власти по мужской линии, правовая безответственность императора и его неподконтрольность со стороны иных общественных союзов. Считается, будто монарх осуществляет одновременно и законодательные, и исполнительные и судебные функции; его власть видится бессрочной, в отличие от власти избранного республиканского правителя, и т.д.
Однако византийский монархизм, как он сложился законодательно и в качестве норм обычного права Империи, игнорирует львиную долю указанных выше штампов, демонстрируя необычайно яркие и самобытные картины, особенно блистающие на фоне обезличенных «системных признаков». Может быть, это – единичный пример, который не следует принимать во внимание при анализе монархии как формы правления? Но на самом деле, если и можно говорить об исключительности византийского монархизма, то только в том смысле, что именно выработанные им политические и правовые формы были впоследствии перенесены на русскую и европейскую почвы в качестве примера для подражания. А статус царей и культ их власти, само содержание полномочий византийских императоров признавалось наиболее адекватными идее христианской государственности. Читать далее
Византийские императоры и Православное вероучение
Величко А.М.,
доктор юридических наук
«Мы радуемся, что в Вас не только императорская, но и священническая душа: потому что сверх императорских и публичных забот Вы имеете благочестивейшее попечение о вере христианской, т.е. печетесь о том, дабы в народе Божием не усиливались расколы или ереси или какие-либо соблазны; ибо тогда только будет в отличном состоянии и Ваша империя, когда сохранится в ней исповедание единого Божества в вечной и неизменной Троице».
Из послания римского папы св. Льва I Великого императору св. Феодосию II Младшему (V в.).
Уже с первых веков становления Римской империи (Византии) как христианского государства, еще даже в те времена, когда Православие являлось лишь разрешенным вероисповеданием, а не государственной религией, место императоров в Церкви оценивалась современниками очень высоко. В исторической и историко-правовой литературе уже неоднократно приводились факты активной канонической деятельности византийских царей, их влияния на становление церковных институтов, реализации ими церковно-административной функций.
Но существеннейшее значение для истории Церкви и становления православной цивилизации имеет и другое. Помимо этих славных деяний византийские императоры оказали решающее влияние на формирование православного Вероучения. Их деятельность в данном отношении была столь многогранна, последовательна, плодотворна, что многих православных василевсов можно без сомнения поставить в один ряд с Отцами и Учителями Церкви. Читать далее
Власть небесная и власть земная
Величко A.M.,
доктор юридических наук
По-видимому, нет такого явления, которое столь постоянно и повсеместно занимало бы человека, как власть. Здесь присутствует не только теоретический, но и практический интерес – это очевидно. Между тем, зачастую в специальной научной литературе власть как явление рассматривается под таким углом зрения, который в значительной степени оставляет вне поля зрения очень многие первостепенные вопросы. Логика исследования обязывает первоначально раскрыть существо власти, а уж затем касаться отдельных ее видов. Но нередко, т.е. с точностью до наоборот, нам предлагают набор тезисов о существе политической власти – одном из ее видов, а уж затем на основе полученных результатов делают обобщенные выводы.
При этом власть в ее существе и, соответственно, власть политическая – по ее качественным характеристикам – отождествляется с силой. И…более ничего. Так, например, М. Вебер (1864-1920) полагал, что политическая власть представляет собой возможность осуществления носителем ее своей воли вопреки сопротивлению других1. Для нашего современника — американского исследователя М. Уолцера вопрос о сущности политической власти также ограничивается, собственно говоря, одним аспектом: кто кем правит. Безусловно, перечень примеров этими двумя фамилиями не исчерпывается. В результате, нравственное значение политической власти определяется не ее сущностью, а тем, кому в обществе она принадлежит на конкретный момент времени. Читать далее
Свежие комментарии